Антарктида с Максимом Богатыревым

Сразу сознаюсь, что я в Антарктиде не была и почти не альпинист. Это стихийный рассказ от Максима Богатырёва, который иногда сваливается мне на голову с кучей невероятных историй и свертком растений, выкопанных им откуда-нибудь с границы вечной мерзлоты, которые к следующему его приезду благополучно загибаются.

Историй накопилось уже такое количество, они настолько необычны, что ими нужно делиться.





Максим - профессиональный альпинист и полярник. Он пару раз был на Эвересте, по 13 раз на МакКинли и Аконкагуа, Тянь-Шань, Памир, Килиманджаро - само собой.

Он остался жутко недоволен поездкой. Но для такого экстремала-лайт, как я, пингвинов с касатками хватило для полного восторга!

Итак, рассказ.

"Мне кажется что в России можно было бы ввести какую-нибудь награду типа «Заслуженный Раздолбай России», можно по степеням. Можно и покруче назвать, только это уже некультурно будет, но зато очень в цель… Плывем мы на теплоходе "Полярный Пионер". Мы плывем. Это моряки ходят. А мы именно плывем. Потому что обещали нам, что мы будем в экспедиции, обещали нам, что у нас будет программа. А в результате мы плывем и вся программа у нас как у того, что плавает.

А чтобы никто еще не бухтел лишнего, то гражданин начальник всех спаивает, щедро выдавая напиток невнятного происхождения и розлива, накупленный им же в типа Дьютифри аэропорта Буэнос Айреса. Ну и в общем в каюте со мной плывет, так же как и я, заслуженный Полярник нашего отечества. Начал он заслуживать это звание еще при социализме, а продолжает уже при нынешних временах. Виктор Федорович. Но так как вид у него бывалый и вполне добродушный, то зовут его просто все Федорович. Его любимое занятие на сегодня - это клеить марки на конверты и потом ставить печати на те конверты. И притом наставляет он их обильно и качественно, чтобы было прочитать на них все буковки. А печати те не просто печати, а печати со всех можно сказать полярных станций, сувенирных магазинов и даже почты местной. Это такое у него увлечение. А так как конвертов там что-то около пары сотен, то и занимает то увлечение большую часть его и нашего вообще длинного судового дня.

И слушаем мы с Федоровичем Самоцветы, да Сябров, и рассказывает Федорович свои истории про полярные приключения, про то как всю жизнь он проходил с сосулькой на бороде и ресницах, в 8 надетых на него штанах…
Когда наши станцию Восток сожгли, эта та которая самая удаленная от всего живого на материке Антарктическом, наши же не смогли оказать им ни помощь, в виде хотя бы самолетного сброса экипировки, ни тем более вывезти погорельцев с материка. Почему сожгли? Ну надо думать что от того самого раздолбайства. А температура в тех местах, да полярной ночью, достигает без малого минус 90 градусов. Об этом каждый пионер в эпоху хренового совдеповского образования знал, да не каждый отличник в эпоху современного образования с ЕГЭ может даже слышал… Ну и уплотнились полярники тогда в каком то чудо уцелевшем после пожарища бараке и героически перезимовали зиму. Ну ругались - не без этого, но в принципе молодцы мужики. И дали им за это еще награды. Хотели к Героям представить, представили только к трудового ордена Красного Знамени, что тоже в общем-то неплохо. Вот такой рассказ рассказал Федорович. Про то как мы лихо создаем себе трудности, а потом не менее лихо, и что характерно, героически их решаем, а потом за это же ордена нам вручают…

...А тут мы плывем. И на борту нашего судна вездеход, названный в честь героя Советского Союза, ветерана ВОВ - Колошенко Василия. И везем мы тот вездеход полярникам, почему-то украинским в подарок. Хрен его знает по каким таким причинам везем не нашим, а украинским, но видимо так виднее голове… Вездеход на воздушной подушке нам доставили со своей станции Арцовский поляки, у которых он хранился уже год. Они его привезли на другом вездеходе. Надо сказать, что поляки оказались не ленивыми, и когда с первого раза вездеход при попытке подъема на наш корабль, начало кренить на бок, они его снова на берег отвезли, придумали систему подвесную и привезли еще раз. После этого вездеход удачно перегрузили с польского вездехода на корабль. И волнение на море было приличное, но все сделали по человечески.

Потом мы приплыли к полярной станции «Академик Вернадский». Это уже украинская станция. И тут как раз уже поляков то не было, начали наши чудодействовать. Сгрузили вездеход на воду. А он на воздушной подушке. И должен как по воде, так и по суше прилично передвигаться. Зацепили его тремя зодиаками - это лодки надувные такие, с двигателями японскими лошадей по 50-60 каждый. И попробовали тянуть вездеход к берегу. А он начал воду набирать на корму. Полярники это заметили и попытались его обратно к корме Пионера подтянуть, чтобы вездеход подняли на борт и разобрались в причине того, почему он ко дну стремится. На корабль его не стали почему-то грузить, небольшие переговоры, и зодиаки потянули вездеход к берегу. А он все больше и больше приходил в подводное положение. Ну чудо машина. Не токо по морю и суше, ще и блин, под водой!!! Короче запхали в кабину несколько бочек, чтоб не затонул Колошенко, и в почти подводном состоянии притянули его не к базе, откуда можно было бы его поднять на берег, а туда, куда смогли. А смогли к острову, в полукилометре от базы. Как его там закрепили, я уже не знаю. Знаю что его береговым прибоем превратило в гору металлолома. Фотографии видел. Не удалось даже двигатель спасти.


Можно теперь организовывать вторую героическую экспедицию по вывозу металлолома и очистке Антарктиды. А всем участникам экспедиции обещают теперь награды от 4 ведомств вручить, грамоты там, дипломы… Вот я не пойму только какого порядка? Можно было бы гражданину начальнику например вручить почетный знак Раздолбай России, а всем остальным по мере заслуженности- степенные. Хотя если быть честным, то миру то мы доказали, что наше - в воде тонет, а значит- ХОРОШЕЕ."