Австрия. ВнутриВенно

От предыдущей поездки в Испанию сохранились не только тёплые воспоминания и фотографии, но и полугодовая шенгенская мультивиза. Назойливая мыслишка, что не грех бы воспользоваться ею до Нового года, закралась сразу по приезду и сверлила мозг до самого появления новости о том, что в октябре открываются прямые рейсы из Челябинска в Вену. После этого она уже господствовала в голове, как полноправная хозяйка. Лишь перспектива отправиться в Прагу составляла слабую конкуренцию ввиду того, что в Прагу надо лететь из Екатеринбурга, что осуществимо, но менее приятно.

С другой стороны, мы уже упустили шанс купить путёвки из ранних продаж, и ежедневные сканирования предложений в интернете показывали, что число предложений Вены быстро уменьшается. Гораздо быстрее, чем предложение Праги. И тогда мы решили играть ва-банк. То есть ждать предложения «последней минуты». Если в последнюю минуту окажется, что Вены не осталось, то... привет, Прага!

Дней за 10 до вылета 28 октября (чтобы за счёт праздника уменьшить число пропущенных рабочих дней) из венских трёхзвёздочников остался только один: “Beim Theresianum”, не очень воспеваемый в отзывах, но и бог с ним: едем же не ради отеля, а ради культурной столицы Европы!

Цены упорно не падали. До 26-го. Двадцать шестого скинули 4 тысячи, существенно меньше ожидаемого. На большее рассчитывать уже было нереально, и мы поехали к турагенту. В агентстве нас сначала как холодной водой облили: в “Beim Theresianum” мест не осталось. Но сказали: «на всякий случай подойдите завтра». Дома я уже начал распечатывать карту Праги. Но судьба нам благоволила: «завтра» нам предложили за те же деньги другой отель, «Адмирал».

Как говаривал Великий комбинатор, «вас обманули, вам дали гораздо лучше». Ну, не скажу, что «гораздо», но одно преимущество было налицо: «Адмирал» стоит практически в центре Вены, в отличие от «Терезианума». Взяли «Адмирала».

Одно очень неприятное обстоятельство: предлагаемые цены на путёвку не включают аэропортовый сбор (который, кстати, до последнего времени отсутствовал в местном аэропорту). Шутки шутками, но этот сбор составил 20% от всей стоимости поездки!

Ладно. Минимум шмоток собран. Прямо по окончании последнего рабочего дня недели уезжаем в аэропорт. В международном отделении непривычно пустынно. Пара десятков путешественников. Соответственно, процедуры проходим довольно быстро и без толкотни. Грузимся в Боинг. Хо-хо! В лайнере на 80-100 мест приходится 26 пассажиров! Вот это номер! Стюардессы сразу предлагают рассаживаться, где кому удобно (вот только в пустой бизнес-класс не пустили, негодницы!).

Сразу с женой сели рядом, но после приличного ужина и стаканчика винца я ушёл в хвост и растянулся на трёх сиденьях, укрывшись предложенным пледом. Так и пролежал до посадки в Швехате, венском аэропорту.

В Европе было тепло и сыровато. Пограничники, как обычно в Европе, долго нас не мурыжили; да и багаж достаточно быстро выполз на ленту. Выходим. Оглядываемся. Ищем плакат с надписью принимающей фирмы: то ли «Инцест», то ли «Интерес»... Что-то, в общем, совершенно незнакомое... может «Интис»?..

Но дело не в этом, а в том, что плаката этого как раз и не видно! Торопливо фланирую с сумкой мимо встречающих. Нет никого! Вот уже скучковались и разъехались наши попутчики – счастливые клиенты других операторов, а мы с женой стоим одиноко вдвоём, как три тополя на Плющихе. Оставляю её сторожить сумку, доставляющую мне неудобство при маневрировании, и отправляюсь на повторный поиск. На этот раз удача улыбнулась и мне: вижу молодого человека с табличкой «KINAS», ну то есть я.

Чуть не бросаюсь ему на шею, а надо бы эту шею ему намылить. Строго-настрого приказываю ему не сходить с этого места, а сам отправляюсь за женой. Схватив сумки, озадачиваюсь: а где же я оставил хлопца? Поиски начинаю сначала. Ага, вот он! Ну, поехали!

Человек оказался вполне себе русскоговорящим выходцем из Украины. Подводит нас к новенькому «Мерсу» Е-класса: «Садитесь». Ничего себе! Досада от скомканной встречи быстренько улетучивается. Погружаемся в чрево гостеприимной машины и плавненько трогаемся. Во время непродолжительной поездки поговорили с водителем ни о чём; он предложил нам экскурсию по ночной Вене за 200 евро 3 часа. Сказали «подумаем». А про себя решили: крутовато...

Отель находится на тихой узенькой улочке рядом с бойкой торговой улицей Марияхильфштрассе. Получили на рецепции ключи и отправились искать номер 49А на первом этаже («эрдгешос»), как нам сказала администратор. Номера не было. Возвращаюсь. «Энтшульдиген, - говорю, - но мне не удалось найти унзер циммер!» - «Ах, я! Он находится на втором этаже («эрстен шток»), это моя вина!» Идём искать на второй. Хи-хи! А на втором тоже нету! Если быть точнее, то не было на указателях у лифта.

Начала накапливаться злость; но всё же как я доверчив к людям!.. Сказала на втором, значит на втором. Решил обойти весь этаж. Фортуна снова оказалась к нам благосклонна: в далёком закутке номер нашёлся. Рядом с 24-м.

Заваливаемся, раскидываем по шкафам вещи, душ перед сном. Вот ванная комната оставляет приятное ощущение: просторная, сверкающая белизной, с глубокой ванной и удобным, простите, унитазом. На умывальнике мыльца и шампуньки в пакетиках (меняли первые три дня, потом устали).

Утром встали рано, по-уральски. Ночь тиха, пустынная улица внемлет Богу. Стали осматриваться. Номер оооочень маленький. Настолько, что шкаф не мог открываться полностью из-за близости кровати. На столике стоит не виденный мной со времени поездки в Грецию маленький пузатенький телевизор. В нём живут 30 спутниковых каналов, из которых штук двадцать немецкоязычных, два польских, CNN с ВВС (куда ж без них), итальянский, румынский и наши: 1-й и «Россия».

Включаем нетбук для связи с детушками. О, вай-фай работает, как зверь, только успевай щёлкать. Даже видеосвязь по скайпу работала безукоризненно. Плюсик отелю.

6 часов. Время завтракать. Спускаемся. Ой-ё... Это столовая? Вот примерное меню на каждый день: мюсли, кукурузные хлопья, йогурт, сметана, 2 вида булочек (точнее, один, но в двух ипостасях: с маком и без), яблочный джем, какой-нибудь салат (1 вид), нарезка колбасы, ветчины и двух видов сыра. Чай из пакетиков и натуральный кофе, можно с молоком. «А где же горячее?» - спросит дотошный читатель. Оно было. Через день.

То есть один день ужасный омлет, другой ничего горячего, третий - хорошие сосиски, четвёртый – затягиваем пояс поуже – опять ничего. Абсолютный рекорд пощения в моей заграничной практике. Но не за едой же я ехал в Вену, правда?

Первый день посещения Вены был посвящён нами вовсе не Вене. Будучи людьми не только романтичными, но ещё и циничными потребителями, мы намылились поехать в аутлет в Парндорф, знакомый нам ещё по поездке в Словакию. Дело в том, что в пятницу и субботу туда ходит автобус-шаттл от венской Оперы, в другие же дни пришлось бы добираться электричкой с пересадкой на такси, что было бы уже не так увлекательно, учитывая, что «туда» шаттл ходит бесплатно, и лишь «обратно» надо заплатить 8 евро с носа. Наш первый день был субботой, так что расписание экскурсий на этот день было безальтернативным.

До отправления автобуса было ещё часа два, поэтому мы начали гулять по окрестностям. Как я уже писал, отель находится совсем рядом с центром. То есть, выходим мы со своей улочки на Марияхильфштрассе, ещё пять минут пешком и пжалте: Музеумсквартир, Хофбург или Бульварное кольцо, кому что надо.

Начинаем осознавать прелесть раннего подъема: улицы туристической Мекки просто пустынны.

 Делаем снимки шикарных дворцов и памятников при практически полном отсутствии публики, что станет невозможным всего через пару часов.

Но «вкусное» оставляем на завтра. Сегодня – шопинготерапия. По ласкающим взгляд ценам закупаем брендовые вещи себе и детям. На обратный автобус приходится внедряться, работая локтями: желающих покинуть Парндорф оказывается довольно много. Заинтересовавшимся отмечу, что обратный билет надо покупать заранее, на втором этаже над магазином «Адидас».

Приехали назад вечером, когда времени оставалось только на ужин. Вышли найти что-нибудь исконно австрийское на Марияхильф. Улица - сплошной магазин. Говорят, сами венцы закупаются в основном здесь, всё же Парндорф – не ближний свет. Но сейчас суббота, вечер. Большинство магазинов закрыто. Но всё равно, приятно просто прогуляться, кругом сверкают вывески, всюду неон и гирлянды. Дошли до какого-то кафе, в котором готовят знаменитый венский шницель. Присели. Обслуживает официант в смокинге и бабочке с белым передничком.

Летает между столами, как шмель. Заказываем по шницелю, жена кофе, я разливное пиво «Штигль» (потому как занимает первое место по предпочтениям австрийцев, а вовсе не «Гёссер») и яблочный штрудель на двоих.

Достаточно быстро «герр обер» приносит шницель. Взору предстала огромная мясная лепёха, даже почти блин, настолько растянутая и отбитая. В панировке. В общем, что вам сказать? Если ждёте чего-то необычного, то вам нужен не шницель. Венский же шницель – это качественно, вкусно приготовленное мясо, с одним но: такой может приготовить любая умелая хозяйка. Штрудель из той же оперы: вкусно, но и у нас не хуже готовят. Пиво оставило приятное впечатление; что-то напомнило, но без дежавю.

За всё про всё – 30 «ойро». 2 евро сверху за быстрое и вежливое обслуживание. Взамен – благодарность и приглашение посетить их снова.

На этом первый наш день закончился.

Второй день, учитывая уставшие со вчерашних побегушек ноги, решили осматривать Вену с туристических автобусов. Опыт Барселоны показал, что это удобный способ осмотреть достопримечательности все сразу одним махом. Конечно, не углублённо, но зато быстро. А на то, чтоб изучить Вену досконально, всё равно не хватит и месяца.

В Вене есть три автобусных туристических маршрута и один трамвайный. Трамвай ходит по бульварному кольцу и стоит 8 евро. Недорого. Но мы взяли автобус. Два дня – 27 евро на одного (один день – двадцать евро). Первый маршрут почти совпадает с трамвайным – по кольцу. Второй – до Шёнбрунна; третий – до Бельведера и Дуная. Удобно. Сидишь себе в тепле и слушаешь русскую речь аудиогида. Все три маршрута проехали в первый же день.

На следующий день этим же автобусом поехали в Шёнбрунн.

Шёнбрунн («красивый ручей») начинался, как охотничий домик одного из Габсбургов за пределами Вены. Со временем запросы стали возрастать, и маленький домик превратили в гигантский дворцово-парковый ансамбль.


Сначала вас встречает огромный дворец. Внутрь мы туда благоразумно не пошли, а то больше ничего бы не увидели. Судя по буклетам, там изощрённая роскошь и музейное богатство. Мы предпочли прогулку по парку, с подъёмом до изящной конструкции, называемой Глориэтта («Славочка», что ли?). Под Глориэттой расположен небольшой пруд с утками и чайками.

Спускались от Глориэтты мы не напрямую, а парковыми дорожками. Золотая осень коснулась и этого парка. Ярко-жёлтые деревья сменялись красными; и те, и другие прекрасно смотрелись на фоне тёмно-зелёных тисов, украшенных ярко-красными ягодами. Под ногами сухая рыжая листва, образующая море по щиколотку. День выдался удачным, солнечным.

Между деревьями носятся нахальные белки, чаще брюнетки, иногда рыжие. Позировать не любят. Любят жареный арахис. Но ввиду неподготовленности туристов чаще жрать приходится жёлуди и буковые орешки.

Прошли мимо небольшого, но старинного императорского зоопарка. Через ограду разглядели азиатского носорога и бобровое семейство.

Одного не нашли: того самого «красивого ручья». Выпили, негодяи.

После посещения Шёнбрунна с полчаса отдохнули в туристическом автобусе, который доставил нас снова до Оперы. Времени до ужина было ещё много, решили взглянуть на знаменитый местный рынок Нашмаркт, благо, он тоже недалеко от отеля.

Рынок находится на длинной улице, ведущей как раз к Шёнбрунну, между двумя проезжими частями, то есть длинный и узкий. В свою очередь он разделён на две улочки, по бокам которых располагаются ларьки, кафешки, суши-бары и просто торговые развалы. Интересно побродить по рынку, поглазеть на ассортимент. Торгуют в основном этнические арабы и турки. Рыба, фрукты, овощи, мясо... Купили яблок 2 кг по акции за 1,5 евро. Kaki (то есть хурму) брать не стали.

Заметил скопление прилично одетых господ возле торговцев некими красными и бесцветными мутноватыми напитками, которые продавали как в розлив, так и бутылками. Надпись на бутылках «Штурм». Подхожу, спрашиваю:

- А что это такое?

- Это штурм. (Очень информативно!)

- Хм... Но я не знаю, что это.

- Это... молодое вино.

Стоит недёшево: 14 евро за литр. Но... местные же разбирают. А я что, так и уеду, не отведав штурма?.. Чёрт с ним, беру красный. Продавец предупреждает, что крышка негерметичная, надо нести осторожнее.

По пути ещё зашли в универсам DM. Прикупили закусок на ужин. После ужина разлил по стаканам штурм. Оказалось, напиток из бродящего малинового сока. Понятно, почему дорогой. Даже скорее теперь уже дешёвый! Очень приятный на вкус, пощипывает язык, напоминает квас. Совершенно не хмельной, по крайней мере в выпитых мной объемах.... Утро следующего дня напомнило о вчерашних похождениях гудящими ногами. Поэтому выход из отеля оттягивали до последнего, и запланированный тур в Бельведер решили отложить до завтра.

А сегодня будем просто гулять по центру. Прогулялись до Карлскирхе, церкви со стоящими рядом двумя огромными колоннами, из-за чего она издали напоминает мечеть с минаретами. Внутрь попасть не получилось: там сделали какой-то музей, и вход стал платным. На все венские музеи не хватит ни времени, ни средств. Рядом находится политехнический университет, построенный кем-то из Габсбургов и выглядящий, соответственно, как шикарный дворец. Строить попроще императорам было моветон.

Вообще, на мой взгляд, в Вене каждый будущий император, как и сейчас молодые люди, стремился скорее отселиться от предков. А для этого приходилось строить новый дворец. Но не жить же Его Высочеству в какой-нибудь позорной лачуге на пару тысяч квадратных футов! Если чё, папка с мамкой на пенсию всё равно не пойдут, с талерами как-нибудь помогут… В результате к падению монархии весь центр Вены застроен роскошными дворцами (и церквями), из которых всё, что уровнем ниже Шёнбрунна или Бельведера, смотрится, как хрущёвка на фоне Василия Блаженного.

Недалеко от Карлскирхе расположен памятник советскому воину-освободителю, сверкающий золотым щитом под левой рукой. Всё ухожено, всё в цветах. Перед памятником располагается абстрактная ажурная чёрная инсталляция, сопровождаемая непрерывной музыкой в африканском стиле с неразборчивым мужским пением, точнее бормотанием.

Погуляли по центральным узеньким улочкам. В Хофбурге готовились к встрече какого-то важного гостя. Во внутреннем дворе расстелили красную дорожку, привезли роту почётного караула: солдат в светло-серых кителях с аксельбантами и красных беретах.


Вообще масштабы дворцового комплекса Хофбург поражают: охватить их фотоаппаратом для единого снимка просто невозможно. Это сеть связанных между собой роскошных дворцов, щедро отделанных лепниной, скульптурами, позолотой. Перед дворцом большое постриженное поле, на котором совершают выездку всадники так называемой Испанской школы верховой езды (хотя от самих испанцев со времён Габсбургов здесь ничего не осталось). Вкупе с находящейся тут же парковкой фиакров это местечко даёт знать о себе задолго, благодаря устойчивому аромату конской мочи (или, как сказал бы эстет-химик, пиридина).

К слову, лошади в это время были подготовлены к празднику Всех Святых (то, что у англичан называется Хэлоуин): на уши им надели красные или белые чехольчики, отчего породистые рысаки стали напоминать чертенят.

У дворца и напротив стоят гигантские бронзовые конные памятники каким-то двум генералам (не разобрал из-за готического шрифта). Один из них являлся, судя по табличке, ещё и «фюрером» (то есть, вождём) чего-то... Сейчас это слово практически запрещено к использованию.

У северного выхода из Хофбурга сохранили для обозрения раскопки древнеримских укреплений лагеря Виндобона. Заглянул внутрь, и... сердце старого нумизмата-любителя бешено заколотилось: пол построек был усыпан монетками туристов, которые хотели бы вернуться сюда снова. Конечно, преобладали банальные евроценты, но намётанный глаз определил и польские гроши, и йены и «Восточную Европу»... Сверкание меди и никеля надолго затмило разум неподготовленного российского туриста.

Челюсти алчно защёлкали, в голове стали созревать хитроумные планы ночного набега и хищения «алмазов из каменных пещер»... Успокоение пришло после посещения нумизматического магазинчика и приобретения там двух артефактов, покоящихся теперь в глубинах домашнего шкафа в компании своих собратьев.

Много времени уделили магазину Сваровски. Можно даже ничего не покупать, хотя цены ниже и российских, и дьютифришных (плюс ещё и такс-фри делают). Сам по себе магазин – произведение искусства: сверкающая отделка, гигантская «сваровская» люстра у входа, переливающиеся витрины...

Под занавес снова подошли к Государственной опере, с конкретной целью: прикупить билеты. Из интернета мы уже знали, что продажи билетов на текущие дни уже нет. Но с другой стороны мы видели фланирующих у входа молодых людей в камзолах и париках, предлагающих эти самые билеты.

 Был шанс, что нарвёмся на мошенников. Но ведь никто из них не скрывался, и полиция их не гоняла. То есть вроде даже всё это полуофициально.

Вид туристов с ищущим взглядом привлёк внимание одного такого товарища. Поинтересовавшись, что нам надо, посетовал, что на вожделенного нами «Севильского цирюльника» у него билетов уже нет (хороший признак!) и спросил, откуда мы. «Русланд? Момент маль!», - и стал звонить кому-то по мобильному. Через минуту прибежал подозрительный тип с арабской внешностью и в кожаной куртке, какую венцы никогда не наденут. При этом на неплохом русском с небольшим акцентом он спросил, что нам надо, и тут же достал стопочку билетов на «Цирюльника».

«Есть партер за 200 евро, балкон за 90, верхний ярус за 45 и стоячие на верхнем ярусе за 15». Почему мы ему поверили – непонятно, от него исходило какое-то обаяние. Взяли за 45. Он показал нам билеты, сам, без вопросов, объяснил, что стоили они всего лишь 12 евро, но... в начале июня.

Объяснил, как попасть на места, во сколько подходить... Напоследок я его спросил, откуда у него такой русский. «Ха-ха! Ереван! У кого вы в Европе можете купить билет на завтрашнюю оперу, если не у армянина?» В общем, он студент местной консерватории, а в свободное время подрабатывает фарцовкой, покупает за 4 месяца, а потом продаёт втридорога. Ну что ж, каждый зарабатывает, как может.

Ужинали в тот день в кебабной на Марияхильфштр.: я ел бараний кебаб, жена – куриный шницель. Объелись недорого, но и не так вкусно, как в кафе.

С утра направились в Бельведер. Минут сорок неспешной ходьбы. Мимо площади Шварцеберга с величественной конной статуей генерала, разумеется бронзовой, мимо ампирного французского посольства и польского костёла со статуей папы-поляка Иоанна-Павла II.

Бельведер прочно засел в моё сознание ещё со школьной скамьи. Есть у поэта Некрасова стихотворение про железную дорогу, где автор полемизирует с попутчиком о роли народа в истории. И в один момент оппонент говорит: «Видел я в Вене святого Стефана, Что же... всё это народ сотворил?» И потом: « Или для вас Аполлон Бельведерский Хуже печного горшка?» Что же это за Аполлон из Вены, который лучше печного горшка, - этот вопрос стал меня мучить непрерывно.

Интернет в то время только вызревал в мозгах пентагоновских айтишников, энциклопедии были ещё малодоступны в провинциальном городке... Но посмотреть «Святого Стефана» и Бельведер и мечталось, и казалось не более осуществимым, чем слетать на Марс...

С Бельведером связана и ещё одна история, на этот раз просто ассоциативная: меня привлекало имя создателя и первого обладателя дворца: Евгения Савойского. Уж больно как-то по-русски звучит имя великого генерала, не знавшего поражений, просто австрийского Суворова. Круче звучит имя только поляка Яна Собесского, за счёт того, что напоминает про социальное обеспечение.

Так вот Евгений Савойский (а по-немецки просто принц Ойген) был выходцем из дворянской семьи, переехавшей во Францию из северной Италии (отсюда и прозвище – Савойский). Энергичный юноша как-то не прижился у французского короля и бежал в Австрию, которой служил верой и правдой всю оставшуюся жизнь. Громил турок, земляков-итальянцев, поляков. Герой Тридцатилетней войны. За свою службу получил признание и любовь австрийского народа и бонусы золотом, наличными, крепостными и землями от императора.

На одной из этих земель на окраине Вены он возвёл великолепный дворцовый комплекс с французским парком. Комплекс состоит из верхнего и нижнего дворцов, причём верхний гораздо роскошнее. 

Скульптуры в античном стиле на аллеях парка едва ли не преобладают над числом посетителей: полуобнаженные юноши, девушки, амурчики, Гераклы, Вакхи и нимфы, сфинксы... Гигантские фонтаны и клумбы (из последних, правда, цветы уже повыдрали). Идеально постриженные деревья на аллеях. Причём Его Высочество в свободное от войны время любил сам стричь деревья.

Зашли в нижний дворец (выход всё равно через него). Жена чуть замешкалась, а я по ошибке вместо выхода направился в залы. Прошёл два зала, где каждый квадратный дециметр стен и потолка представляет собой произведение искусства, но потом решил вернуться за женой. Оказалось, что вход в залы платный, и меня без билета пропустили случайно. Второй раз искушать судьбу не стал, пошли на выход.

Приближался вечер, а вместе с ним и визит в венскую оперу.

Пришли пораньше, как рекомендовал наш армянский друг. Погуляли по холлу. Естественно, здание оперы само по себе шедевр архитектуры и убранства, как, пожалуй, все здания в центре Вены. Через полчаса нас запустили дальше. Слава богу, билеты были подлинные.

Поднялись на лифте на свой 6-й ярус. Высоковато, конечно, и сцена видна лишь процентов на 80.

 Аншлаг. Любопытно было бы сравнить недавно виденную постановку этого же «Цирюльника» в Ленкоме и местную. Разница, конечно, есть с самого начала: в Москве это музыкальный спектакль, здесь – опера. На итальянском. Последнее обстоятельство несколько удручало. Конечно, музыка – высший класс, голоса – отборные теноры и сопрано... Но если не знаешь, о чём сейчас поют, то теряется сюжет.

Вообще-то на этот случай в спинках передних кресел есть специальный электронный переводчик на немецкий и английский языки. Но с самого начала там высвечивалась надпись, что «данный спектакль не предполагает перевод». Сидим, слушаем... Вдруг замечаю, что соседка справа всматривается в экранчик. Так-так, и что у нас там? Ну вот! Перевод появился! Дело пошло веселее.

В общем, что касается сравнения двух спектаклей, то получается, что наш более комичный, их – более элитарный. Профессиональные голоса. В «их» спектакле оказывается, что главный герой всё же не Фигаро (этакий седеющий толстячок), а граф Альмавива.

А ещё в нашем спектакле мне понравилась небольшая, но яркая роль служанки Марселины, юной проказницы. В опере же Марселина была пенсионного возраста, спела небольшую арию и больше не отсвечивала.

В общем, сравнить два спектакля не получилось. Слишком разные. Свои прелести есть как у одного, так и другого. Да и правильно.

Следующий день ввиду повышенной усталости прошёл относительно без великих дел. Традиционно пошли в необследованные уголки центра.

 Набрели на симпатичную францисканскую церковь, поснимали.

Потом так же случайно зашли в изумительный по красоте иезуитский храм. 

На входе женщина раздавала буклеты, из которых следовало, что через полчаса силами местных любителей будет исполнена Месса ре-мажор Антонина Дворжака. Почему нет? Заняли места, подождали. Рядом сели две девушки вполне современного вида, в джинсах. Вышел священник, произнёс несколько слов проповеди. Появился хор и музыканты. Заиграла торжественная музыка, до самого нутра пробирал звук органа, «любители» хорошо поставленными голосами пели церковные гимны.

Иногда месса прерывалась молитвами и проповедями священника. Девушки рядом повторяли слова молитв. В один момент после очередного спича священника половина прихода опустилась на колени (для этого под «партами» есть специальные приступочки). Соседние девушки тоже бухнулись и стали креститься. Но мы не местные, в религиозной иноязычной терминологии не натасканные, поэтому составили компанию второй половине аудитории и просто постояли. Никто ни на кого при этом с укоризной не смотрел, и вообще, все занимались только собой: либо слушали, либо молились.

В другой момент священник что-то пожелал слушателям, и все бросились или обниматься, или жать друг другу руки. Охотно пожал худенькую ручку соседке, улыбнулись друг другу.

В конце концов, месса была исполнена, по рядам прошлись служки и собрали пожертвования. Мы тоже бросили немного мелочи. Париж, простите, Вена стоила мессы.

Вообще, моё впечатление о храмах в Вене такое: если б посланники князя Владимира поездили по миру в поисках «правильной религии» лет на семьсот позже, то сдаётся мне, что выбрали бы они не православие в Святой Софии в Константинополе, а католицизм в Святом Стефане или иезуитской кирхе в Вене. Был во всех трёх, и уверенно заявляю: по красоте Айя-София безнадёжно уступает католическим храмам.


Обед. Перекусили фаст-фудом и направились дальше. Вышли на Кэртнерштрассе, которая ведёт от Оперы до Штефана. Зашли там в фирменный магазин «Захер». За прилавком стоят две одинаковые вышколенные девушки в фирменных бордовых нарядах. Клиентов пожирают глазами, как капрал фельдфебеля на утренней поверке. На вопросы по теме отвечают быстрее Яндекса. Хорошо воспринимают не только немецкий, но и английский, и немецко-английский суржик с русским акцентом. Купили у них этот тортик по безбожной цене 40 евро за 0,5 кг (правда в цену входит красивая деревянная коробка) и фирменный набор кофе-шоколад-ликёр за 20 с чем-то.

Ни на что особенное по поводу торта «Захер» не рассчитывали, скорее, исполнили дань традиции: Вена – шницель - «Захер» - «Моцарткугель». То есть, неплохой торт, но наша «Прага» ничем не хуже.

Итак, у нас остался последний полноценный день в Вене. Мнения о его проведении у нас с женой разошлись. Она чувствовала себя уставшей, и хотела чуть попозже пройтись по Марияхильфштрассе. Я испытывал неудовлетворенность в связи с тем, что до сих пор не посетил ни одного музея.

Поэтому решили разделиться. Я нацелился на один из ближайших музеев: Музей естественной истории в районе Музеумсквартир.

 Глянул по интернету: работает с 9. На всякий случай пришёл к половине девятого. С удивлением обнаружил, что двери уже открыты. Захожу. На входе солидный господин спрашивает, с какой целью я иду. «Посмотреть экспозицию», - отвечаю. «Извините, сегодня здесь проходит конгресс (назвал что-то длинное); экспозиция откроется в 16 часов»

Ждать до 16 меня, разумеется, не устраивало. Ладно, иду в здание напротив: Музей истории искусства. Он откроется лишь в 10. Вот ведь засада! Ждать больше часа тоже не входит в мои планы. Вспоминаю про Арсенал с его военный музеем. Не ближний свет переться туда, но ведь переться по красавице-Вене! Варум бы нихьт?

Сорок минут быстрым шагом, мимо Бельведера, по пути сжевав доставшийся нахаляву пакетик с чипсами (девушка на улице рекламировала какой-то супермаркет). У Арсенала небольшой парк, тоже с утками. У входа в музей ещё пруд, совсем маленький. В центре пруда стоит австро-венгерский танк времён первой мировой (надо думать, водоплавающий).


Билет стоит порядка 5 евро, плюс рупь-пятьдесят берут за фотоаппарат (без возможности использования вспышки, что не зергут в помещении). Экспозиция поделена на четыре части: Тридцатилетняя война и 17-й – 18-й века; Наполеоновские войны и первая половина 19-го века; вторая половина 19-го века и Первая мировая война; первая австрийская республика и вторая мировая война. Можно взять платный аудиогид. Но мне хватило листовок, находящихся в каждом зале. Русские – на синей бумаге.

Интересно было всё. В первом блоке манекены-мушкетёры в полной экипировке, трофейные турецкие ятаганы и пищали, русский «Единорог», боевые награды Евгения Савойского, картины с изображением генералов и маршалов, мундиры и шлемы венгерских гусар...

Во втором блоке снова ружья, пистолеты, пушки, гусарские ментики, кирасирские латы, драгунские шлемы австрийцев, французов, пруссаков и русских. Воздушный шар, использовавшийся французами для разведки. Личные вещи генерала Радецкого и его же посмертная маска. Мундир графа Шувалова, одного из руководителей заграничного похода русской армии.

Третий блок вобрал в себя значимый для австрийцев «боснийский поход», когда обескровленная войной 1877 – 1878 гг с Россией Турция почти без боя отдала им Боснию и Герцеговину. Там же коллекция, посвященная Первой мировой войне, особенно интересная для меня ввиду того, что у нас эта кровавая бойня по сути является «неизвестной войной», наверно из-за того, что большевики её бездарно сдали уже выдыхавшемуся противнику.

Начало экспозиции включает зал, посвященный убийству эрцгерцога, наследника престола Фердинанда и его супруги Софьи в Сараево сербским националистом Гаврилой Принципом. Гаврилу посадили, и через несколько лет он умер в тюрьме от чахотки. В зале стоит автомобиль, в котором ехал принц в момент убийства. Под стеклом лежит окровавленный мундир Фердинанда, а рядом фотография мундира, на которой стрелочкой указано попадание смертельной пули. На самом мундире дырочки почти не видно.

Безусловно, по тем временам убийство наследника престола – серьёзный аргумент для начала войны. Хотя инициаторы войны, наверно, не осознавали, к каким последствиям она приведёт...

В следующих залах выставлено оружие всех воюющих сторон. Запомнились огромные гаубицы, лёгкий истребитель, грузовичок-полуторка... Вот плакат: «Белград взят! Сербия на коленях! Конец войны скоро!» А вот более поздний: изображает безногих и безруких инвалидов, трудящихся на заводе во благо родины и кайзера. Дальше идут вовсе мрачные экспонаты: кресты с солдатских могил австрийцев из России.

Вот первая защита от ядовитых газов: кожаный чехол для головы, примерно как у средневекового палача, только со стеклами в прорезях для глаз. От чего он мог защитить? Разве что от детского пука?

Вот стенд с русским оружием: винтовка, Schaschka… Мундир и фуражка рядового. Рядом то же румынских солдат.

Последний, четвёртый блок начинается с момента основания австрийской республики. В 1918 году большинство австрийцев хотели образования единого государства с Германией, но страны Антанты распорядились иначе, опасаясь создания нового гиганта в Европе. Получившаяся республика была слабой, нищей из-за огромных репараций в пользу победителей. В таких условиях, когда даже мирное время не позволяло жить обеспеченно, население страны, естественно, тянулось к реваншу.

И когда в соседней Германии к власти пришёл фюрер, обещавший «единому немецкому народу» процветание в едином могучем рейхе, способном разгромить как пещерный большевизм, так и «еврейский капитализм», в Австрии его слова попали на благодатную почву. В 1936 году произошёл бескровный аншлюс, то есть присоединение Австрии к Германии. Страна торжествовала, предвкушая тысячелетие процветания и не подозревая, какие испытания ждут её в ближайшие годы.

Стенд с экспозицией, посвященной аншлюсу. Плакат с профилем Гитлера: «Один народ – один рейх – один фюрер». Обмундирование и вооружение вермахта, войск СС. Стоит колонна, обклеенная плакатами военной эпохи. БТР, мотоцикл, пулемёты MG. Манекен немецкого парашютиста. Письма солдат с фронта.

А вот газета наци «Фёлькишер беобахтер». Заголовок на первой странице: «Они погибли за Отечество». Газета от февраля 1943 года: только что под Сталинградом разгромили армию Паулюса. Рядом полосатая куртка заключенного из концлагеря с нашитой звездой Давида.

Советский стенд: китель с погонами лейтенанта и «ватная куртка солдата», телогрейка по-простому. Пулемёт Дегтярёва, винтовка системы Mossin, гранаты.

Перелом в войне: фотографии разрушенной Вены. Кители и оружие союзников. Американский Виллис.

Конец войны: фотографии улыбающихся советских, американских и британских солдат. Акт о капитуляции Венского гарнизона. Пропуск домой на русском языке для военнопленного Иоганна Вайса.

Последним залом в музее был зал, посвященный флоту Австрии. Откуда у Австрии флот? Это же сухопутная держава! А с тех самых времён, когда Австрии принадлежала почти половина Западной Европы. И был небольшой выход в Адриатическое море.

Судя по экспозиции, австрийский флот участвовал даже в двух крупных сражениях: разгромили итальянскую эскадру в середине 19-го века в итальянско-австрийской войне (о, эта экспозиция была огромной: гигантские картины, изображающие австрийские броненосцы с гордо реющими императорскими штандартами, и тонущие итальянские посудины, флаги на которых безвольно висят) и в Ютландском сражении во время первой мировой, совместно с германским флотом. Тут удача сопутствовала противнику, поэтому экспозиция заметно меньше.

Несмотря ни на что, австрийцы помнят о былом морском величии, любят своих адмиралов и ставят им памятники. В конце 20-го века со дна Адриатического моря подняли австро-венгерскую подводную лодку, потопленную уже итальянцами в первую мировую. Рубка этой субмарины украшает теперь зал флота.......................................................................

Наверно, вы заметили, что музей оставил в моей душе неизгладимое впечатление. Весьма довольный я вернулся в отель.

После скромного обеда мы ещё раз прогулялись по Марияхильфштрассе, я вкусил интересный пивной напиток от производителя Оттакрингер: собственно пиво, смешанное с натуральным лимонадом. Стоит 89 центов, но оно того стоит. Приятный освежающий вкус, лёгкий хмель.

Вечером собирали вещи.

С утра позавтракали, отнесли вещи в камеру хранения. Погуляли по аллеям Музеумсквартир, у памятника Марии-Терезии. 

Фонтаны уже остановили,

памятники на зиму или на реставрацию заколачивали щитами. Около 12 за нами приехало такси – наш трансфер. Опять Мерс, на этот раз не такой новый.

Быстро домчали до аэропорта, получили деньги такс-фри, прошли таможенные и пограничные процедуры. Дьюти-фри совсем не заинтересовало: и выбор небольшой, и дорого.

Погрузились в самолёт. В Вену летело 26 человек, обратно – лишь 17! Но в лайнере на этот раз не поднимались подлокотники, поэтому растянуться на трёх сиденьях не удалось. Пришлось коротать время за просмотром кино на нетбуке. Через 4,5 часа сели в Баландино. В Челябинске полноценная зима, -15. Вот, собственно, и весь вояж…