- Ни в коем случае ни к чему не прикасайтесь, и ходите всегда группами, в городе очень просто заблудится, - говорил гид, пока на блокпосте при въезде в Припять охрана проверяла документы. Наш автобус, комфортабельный туристический лайнер, был забит любителями острых ощущений. Больше половины тех, кто отважился переступить порог Зоны, были парни и девушки, обыгравшиеся в STALKER и желающие наяву побродить по улочкам Припяти, так знакомым по виртуальному аналогу. Небольшую горстку представляли люди, которые уже не в первый раз приезжают сюда, в город-призрак.   

Когда я впервые услышал о том, что в чернобыльскую зону возят экскурсии - не поверил. Но, начав наводить справки в интернете, обнаружил, что это дело поставлено на конвейер и туристическими поездками на режимный объект «Зона» занимается около 20 турфирм. Причем стоит такая поездка всего 70 $. На сайте одной такой фирмы было написано, что подобные экскурсии проводятся регулярно, каждые выходные.

Въезд в закрытую территорию, начинается с проверки документов на КПП. Не всем известно, что знаменитая зона состоит из двух: через КПП «Дитятки» вы въезжаете в 30-километровую зону, а через КПП «Лелев» можно попасть в 10-километровую, которая находится внутри первой. Пунктом №1 нашей поездки был Чернобыль, где мы прошли инструктаж по технике безопасности и подписали бумагу, которая снимала всякую ответственность за наше здоровье с турфирмы. Необычайным оказалось то, что Чернобыль и сейчас бурлит жизнью – в нем проживает сейчас несколько тысяч людей, в основном обслуживающих объект «Саркофаг». Но и здесь нередкими являются дома, полностью погребенные под густой растительностью. 

Далее по программе – фотостоп возле 4 энергоблока ЧАЭС. Нам настойчиво не рекомендовали снимать что-либо кроме самой станции. Гид рассказывал, что недавно один «турист» из его группы случайно сфотографировал охрану, и тогда были большие проблемы. По пути к станции на дороге показалась табличка – село Копачи. Выглядываем из окна автобуса, в поисках заброшенных домов, но видим лишь ровные ряды холмов с табличками радиоактивности – все что осталось от этой деревеньки, после того как там поработали экскаваторы. И вот, наконец, долгожданная остановка на смотровой площадке возле реактора. Остановка не больше 10 минут, так как радиационный фон необычайно высокий. Быстро фотографируемся на фоне злосчастного 4 энергоблока под треск дозиметра. Прибор показывает около  800 мкР/ч, при норме в 19… Сопровождающий группы подгоняет словами «Безопасный порог нахождения превышен», действует безотказно. 

Когда мы въехали в Припять, казалось что автобус едет по лесной чаще. Дороги в городе, покрытые толстым слоем земли, уже давно превратились в тропинки. Деревья и кусты заняли все свои свободные места – клумбы, детские площадки, тротуары. Припять напоминала огромную декорацию какого-нибудь голливудского фильма-катастрофы.

В окружении покинутых домов мы все как-то не сговариваясь перешли на шепот. Казалось кощунственным нарушать  необычайную тишину, царившую вокруг. И только тут я понял, зачем я сюда приехал. Я хотел увидеть Время, ведь именно здесь оно остановилось, и больше никогда не продолжит свой бег. В Припяти никогда не распадался Советский Союз, тут никогда не было СНГ. Здесь бесконечно, как в фильме «День сурка», будет продолжаться один и тот же день – 27 апреля 1986 года. Об этом говорит все, начиная от герба СССР на шестнадцатиэтажке и заканчивая отрывным календарем, в котором последняя несорванная страничка – все тот же далекий апрельский день.  В доме культуры Энергетик «совок» чувствуется больше всего. Будь-то агитпункт, заваленный плакатами и портретами членов Политбюро, или же фреска, изображающая  молодых атомщиков, «строителей светлого будущего», все здесь говорит о былой мощи великой страны. ДК уникален своей многофункциональностью, тут и спортзал, и сцена, и библиотека.

В двух шагах от ДК – печально известный парк аттракционов, колесо обозрения, машинки и качели. Машинки – одно из самых «грязных» место, где за пару часов, если верить словам гида, можно получить годовую дозу радиации.

Заросшими дворами мы пробирались к еще одному обязательному для посещения месту – школе № 2. Создавалось впечатление, что ты идешь не по городу, а по глухому лесу, так густо разрослись деревья. Возле школы – стандартная спортивная площадка, на которой баскетбольное кольцо еле видно из-за разросшихся кустов. Сама школа как две капли воды похожа на тысячи других школ бывшего СССР, но теперь она больше напоминает музей советской педагогики. Напротив входа обрывки плаката со словами «мама мир», там же рядышком – памятка советского призывника. В классах – Хаос с большой буквы, краска на партах облупилась и свисает лохмотьями, на стульях – каски с надписью ЧАЭС. По предметам на столах и на полу можно восстановить назначение классов. В кабинете   иностранных языков – стенгазета «Клуб интернациональной дружбы». Исторический класс легко узнать по разбросанным контурным картам, диафильмам, и виниловым пластинкам с аудиоуроками – «Наша конституция», «Политическая система». В кабинете, где учились малыши – пластилиновые поделки с еще видимыми отпечатками детских пальчиков. . . На третьем этаже – такой знакомый физкабинет. На столе стоит динамометр, возле учительского стола из пола растет береза.

Одно из самых кошмарных мест в Припяти – это детский садик «Золотой петушок». Тут воистину можно снимать психоделические фильмы, давящие на психику и заставляющие бояться каждого звука. Усаженная заботливыми руками на стульчик кукла смотрит пустыми глазницами перед собой. В маленьких шкафчиках стоят маленькие ботиночки. Рядами стоят кроватки, на которых доживают свой век подушки. Повсюду валяются солдатики, танчики, куклы – игрушки, к которым больше никогда не прикоснется детская рука.

После садика мы разбрелись кто куда. Часть группы отправилась в музыкальную школу, чтобы снять знаменитое пианино, кто-то - в магазин. Я же решил подняться на верхние этажи гостиницы «Полесье». В комнатах гостиницы почти не осталось мебели, только традиционный набор – стол, стул и кровать. Из развороченных дверей лифта, виднеется кабина, застрявшая между этажами.  Она напоминает весь город, застрявший где-то посередине между Прошлым и Будущим, в месте, где нет Настоящего.

На крыше «Полесья» из бетонного пола растет береза, уже ставшая привычным символом разрушения. Сверху виден весь город. И совсем недалеко, всего в 4 километрах, над крышами домов виднеется ЧАЭС, ставший причиной гибели этого города.

Когда наша группа вновь собралась вместе, оказалось, что мало кто отважился зайти в один из 160 заброшенных жилых домов. А девушка, которая решилась зайти в одну из квартир, рассказывала, что ее постоянно преследовало незримое ощущение чьего-то присутствия. Возможно, это были призраки жителей города, а может быть это дух самого города, который мы потревожили вспышками фотоаппаратов.

На обратном пути, мы проезжали мимо легендарного «рыжего леса», который от радиации в одночасье высох и стал рыжим. На его месте уже давно нет ничего кроме пожухлой травы – все деревья выкорчевали и вместе с верхним слоем земли увезли куда-то для захоронения. Но радиационный фон никуда не делся – не выходя из автобуса, мы посмотрели на дозиметр, который показывал около 2000 мкР/ч. Все заметно занервничали, и даже водитель нажал на газ, стремясь быстрее уехать от этого проклятого места.

На выезде из Зоны мы все, включая водителя, гида и автобус прошли дозиметричный контроль – ни одна частичка радиации не должна попасть в мир человека. 

Сидя в автобусе, я пытался оформить свои впечатления. Чернобыльская зона оказалась местом мрачным и гнетущим. Катастрофа на ЧАЭС сделала этот 30-километровый мирок непригодным для жизни человека. Но Зона не стала мертвой, а наоборот ожила новой жизнью. Природа постепенно отвоевывает то, что забрал у нее человек. Растения занимают любое свободное место, ломают асфальт и бетон. По заброшенным деревням бродят лошади Пржевальского и одичавшие собаки, а в канале-охладителе живут полутораметровые сомы. Возможно это доказательство того, что с Природой шутки плохи, а ругаться с ней однозначно не стоит. Словно в подтверждение моих дум, водитель автобуса резко нажал на тормоз. В ночной темноте фары автобуса высветили стадо диких кабанов, перебегавших дорогу возле самого выезда из Зоны…